Одна из причин сложностей с реализацией Киотского протокола заключена в сфере технологий.
Научно-технический центр Технопрестиж XXI век






Прусенко Б.Е., Лугин В.Г., Хотченков Е.В.

К вопросу реализации Киотского протокола в нефтяной и газовой промышленности

Глобальное потепление (изменение климата) является одной из основных проблем современного развития цивилизации. Её осмыслению и разработке практических мероприятий по смягчению последствий посвящён ряд международных мероприятий (1988 г. - международная конференция в Торонто; 1992 г.- конференции в Рио-де-Жанейро -закончилась подписанием Рамочной конвенции ООН об изменении климата, вступила в силу 21 марта 1994 г., объединяет 190 стран; 1995 г. - 116 странами-участницами Конвенции и Европейским Союзом был принят Берлинский мандат, призывающий к сокращению эмиссии «парниковых газов» после 2000 г.). В декабре 1997 г. в Киото (Япония) состоялась третья конференция сторон Рамочной конвенции ООН, на которой был предложен Киотский протокол. В нем были приняты обязательства сторон на период после 2000 г. по ограничению и сокращению выбросов в атмосферу газов, вызывающих парниковый эффект и приводящих к глобальному потеплению. В 2004 г. Киотский протокол был ратифицирован РФ. Исторические аспекты ратификации и положения Киотского протокола рассмотрены [1].

Стороны, включенные в Приложение B к Киотскому протоколу, взяли на себя количественные обязательства по ограничению и сокращению выбросов парниковых газов на пятилетний период с 2008 по 2012 гг. Согласно ст.3 количественные обязательства для каждой страны, включенной в Приложение В, определяются как процент от некоторого базового уровня, чаще всего – от выбросов за 1990 г. Умножение базовой величины выбросов на указанный в Приложении В процент и на 5 (по числу лет зачетного периода) дает квоту на выбросы, в которую страна должна уложиться. Для этого она должна предпринять необходимые действия для ограничения и сокращения выбросов. Их примерный перечень приведен в ст.2 Киотского протокола (повышение эффективности использования энергии; содействие рациональным методам ведения лесного хозяйства, облесению и лесовозобновлению на устойчивой основе; поощрение устойчивых форм сельского хозяйства; использование новых и возобновляемых видов энергии, технологий поглощения диоксида углерода и инновационных экологически безопасных технологий; поощрение надлежащих реформ в соответствующих секторах в целях содействия осуществлению политики и мер, ограничивающих или сокращающих выбросы парниковых газов; ограничение и/или сокращение выбросов метана путем рекуперации и использования при удалении отходов, а также при производстве, транспортировке и распределении энергии).

Вместе с тем различными организациями, в особенности Российской академией наук в ходе продолжающихся дискуссий не раз публиковались материалы, где утверждается, что Киотский протокол не будет способствовать достижению целей, которые установлены конвенцией ООН, и не приведёт к существенному предотвращению выбросов парниковых газов. Основным аргументом при этом является утверждение, что эти выбросы обусловлены и другими обстоятельствами, в первую очередь, геофизической природы, доля которых в суммарных выбросах значительно превосходит деятельность человека.

Если рассматривать научный аспект проблемы, то эти доводы не могут быть, как опровергнуты, так и объективно доказаны. В тоже время, существуют и другие, практические аспекты:

1) направленность Киотского протокола на внедрения технологий энергосбережения, энергоэфективности, экологической безопасности.

2) выгодные условия протокола для России, обусловленные выбором в качестве базового года для определения предельного уровня выбросов 1990г. Т.к. в настоящее время имеется значительный запас по отношению к базовому году.

С учётом этих обстоятельств, следует учитывать, что предусмотренные в Киотском протоколе меры по своему значению далеко выходят за рамки борьбы с глобальным потеплением. Они не только приводят к сокращению парниковых выбросов, но позволяют также снизить производственные издержки, более эффективно использовать ресурсы, уменьшить вредное воздействие на окружающую среду, а заодно риски заболеваемости и смертности населения. И в этом качестве они и должны, в первую очередь, рассматриваться, как руководство к практической деятельности. Что в полной мере относятся к предприятиям (компаниям) нефтяной и газовой промышленности.

В целом Киотский протокол полностью соответствует курсу нашей страны в области энергетики и экологии.

Приоритетами Энергетической стратегии РФ являются [2]:

  1. полное и надежное обеспечение населения и экономики страны энергоресурсами по доступным и вместе с тем стимулирующим энергосбережение ценам,
  2. снижение рисков и недопущение развития кризисных ситуаций в энергообеспечении страны; снижение удельных затрат на производство и использование энергоресурсов за счет рационализации их потребления, применения энергосберегающих технологий и оборудования, сокращения потерь при добыче, переработке, транспортировке и реализации продукции ТЭК;
  3. повышение финансовой устойчивости и эффективности использования потенциала энергетического сектора, рост производительности труда для обеспечения социально-экономического развития страны;
  4. минимизация техногенного воздействия энергетики на окружающую среду на основе применения экономических стимулов, совершенствования структуры производства, внедрения новых технологий добычи, переработки, транспортировки, реализации и потребления продукции.

Основные механизмы государственного регулирования в сфере топливно-энергетического комплекса предусматривают:

  1. меры по созданию рациональной рыночной среды (включая согласованное тарифное, налоговое, таможенное, антимонопольное регулирование и институциональные преобразования в ТЭК);
  2. повышение эффективности управления государственной собственностью;
  3. введение системы перспективных технических регламентов, национальных стандартов и норм, повышающих управляемость процесса развития энергетики и стимулирующих энергосбережение;
  4. стимулирование и поддержку стратегических инициатив хозяйствующих субъектов в инвестиционной, инновационной и энергосберегающей сферах.

Основными факторами, которые будут определять развитие ТЭК в первой четверти XXI века, являются:

  1. динамика спроса на топливно-энергетические ресурсы и углеводородное сырье внутри страны, обусловленная темпами роста национальной экономики и ее удельной энергоемкостью, а также ценами на энергоносители;
  2. масштабы реализации ресурсо- и энергосберегающих технологий как в энергетическом секторе, так и в других секторах экономики;
  3. состояние мировой экономической и энергетической конъюнктуры, степень интеграции в мировое энергетическое пространство;
  4. устойчивое развитие минерально-сырьевой базы;
  5. формирование благоприятного инвестиционного климата с учетом совершенствования налогового, ценового и таможенного регулирования;
  6. создание экономических стимулов для уменьшения воздействия энергетики на окружающую природную среду;
  7. масштабы использования научно-технических достижений в ТЭК и подготовка перехода к энергетике будущего.
  8. Важнейшими принципами обеспечения энергетической безопасности являются:

  9. гарантированность и надежность энергообеспечения экономики и населения страны в полном объеме в обычных условиях и в минимально необходимом объеме при угрозе возникновения чрезвычайных ситуаций различного характера;
  10. контроль со стороны государства, федеральных органов исполнительной власти и местных органов управления за надежным энергоснабжением объектов, обеспечивающих безопасность государства;
  11. восполняемость исчерпаемых ресурсов топлива (темпы потребления этих ресурсов должны согласовываться с темпами освоения замещающих их источников энергии);
  12. диверсификация используемых видов топлива и энергии (экономика не должна чрезмерно зависеть от какого-либо одного энергоносителя);
  13. учет требований экологической безопасности (развитие энергетики должно соответствовать возрастающим требованиям охраны окружающей среды);
  14. предотвращение нерационального использования энергоресурсов (взаимосвязь с политикой энергетической эффективности).

Целью политики в области обеспечения экологической безопасности является последовательное ограничение нагрузки ТЭК на окружающую среду, приближение к соответствующим европейским экологическим нормам.

Для реализации указанной политики предусматриваются:

  1. экономическое стимулирование использования высокоэкологичных производств, экологически чистых малоотходных и безотходных технологий производства и потребления энергоресурсов за счет установления жестких экологических требований к деятельности предприятий и продукции ТЭК, создания системы компенсационных выплат государству за их нарушение (принцип организации системы таких компенсаций будет закреплен законодательно и носить характер экономических платежей;
  2. природными ресурсами, введения и правовой регламентации принципов экологического страхования;
  3. ужесточение контроля над соблюдением экологических требований при реализации инвестиционных проектов, совершенствование системы государственной экологической экспертизы;
  4. создание экологически чистых энерго- и ресурсосберегающих малоотходных и безотходных технологий, обеспечивающих рациональное производство и использование топливно-энергетических ресурсов, снижение выбросов (сбросов) загрязняющих веществ в окружающую среду, а также парниковых газов, сокращение образования отходов производства и других агентов вредного воздействия;
  5. последовательное проведение специальных природоохранных мероприятий, строительство и реконструкция природоохранных объектов, в том числе по улавливанию и обезвреживанию вредных веществ из отходящих газов, очистке сточных вод; увеличение темпов рекультивации земель, загрязненных и нарушенных в процессе строительства и эксплуатации энергетических объектов, использование отходов производства в качестве вторичного сырья;
  6. экономическое стимулирование рационального использования попутного нефтяного газа, прекращение практики сжигания его в факелах (в первую очередь за счет создания экономически выгодных условий для переработки и использования такого газа);
  7. развитие экологически чистых технологий сжигания угля как условие реализации прогнозов роста его потребления электростанциями и другими промышленными объектами;
  8. улучшение качества угольного топлива (в том числе развитие обогащения, переработки, брикетирования и др.); увеличение объемов использования шахтного метана и водоугольного топлива; увеличение производства высококачественных моторных топлив с улучшенными экологическими характеристиками, соответствующих европейским нормам, совершенствование нормативной базы качества нефтепродуктов и уровней выброса загрязняющих веществ;
  9. разработка программы минимизации экологического ущерба от деятельности гидроэлектростанций;
  10. организация работ по сертификации природоохранных технологий и технических средств;
  11. организация обучения и подготовка специалистов в области природоохранной деятельности.

Таким образом, требования Энергетической стратегия России на период до 2020 г. в полной мере соответствуют обязательствам Киотского протокола.

При этом Киотский протокол предоставляет возможность предприятиям РФ, связанным с выбросом парниковых газов получить выгоду для себя, как в виде притока инвестиций для осуществления энергосберегающих, экологических, др. структурных мероприятий, так и за счёт роста своего авторитета в международной кооперации и организациях на основе сертификации своей экологической открытости и чистоты.

Так, в случаях, когда страны не расходуют свои квоты в полном объёме, существует возможность их передачи (продажи) другим странам даже в накопленном за несколько лет объёме. В частности, Россия в настоящее время находятся на уровне, выбросов ниже 1990 г., который зафиксирован в Киотском протоколе. При этом по данным [3] сокращение выбросов в нашей стране в первый зачётный период Киотского протокола (2008-2012 гг.) может составить около 3 млрд. тонн.

Однако важным аспектом Киотского протокола и Марракешских решений Седьмой Конференции сторон является определение процесса сокращения выбросов парниковых газов, как результата хозяйственной деятельности предприятий и организаций.

Исходя из формулировок статьи 3.10, 3.11 Киотского протокола и проекта первого решения сторон Киотского протокола СМП, принятого на Конференции сторон в Марракеше, это единицы, введённые в обращение. Получается, что предприятие может сократить свои выбросы, но если предприятию не будет установлен лимит на выбросы парниковых газов по терминологии Киотского протокола, установленное количество в размере фактических выбросов, которое оно имело до начала хозяйственной деятельности по сокращению выбросов, то предприятие не будет иметь возможности реализовать или зарезервировать свой результат.

На сегодняшний день сложившаяся ситуация требует осуществления большого количества аналитических, организационных, управленческих, координационных и др. мероприятий по созданию условий для участия предприятий РФ, включая нефтяную и газовую промышленность, в углеводородном рынке. Некоторые из таких мероприятий рассматриваются, в частности [4,5].

В тоже время, реализация возможности продажи квот затруднено ввиду того, что их покупателями могут быть не предприятия и компании, действующие в условиях ограничений на выбросы, а правительства стран Приложения В, что существенно ограничивает спрос и в целом снижает привлекательность этого варианта для привлечения капитала в массовом порядке самими предприятиями, минуя многочисленные бюрократические барьеры.

Тем не менее, в РФ уже осуществляются сделки по продаже квот на выбросы. Так, РАО «ЕЭС России» удалось привлечь около 20 млн. евро инвестиций в реконструкцию электростанций в Оренбургской обл. и Хабаровском крае [6]. При этом квоты будут переданы Россией покупателю квот – правительству Дании. Следует особо отметить ошибочность бытующего мнения о возможности продажи квот, ставших результатом сокращения производства в РФ по сравнению с 1990г. Однако этот запас является своеобразным резервом России на случай возможного экономического роста.

Другой предусмотренный Киотским протоколом механизм - проекты совместного осуществления , разрабатываемые для стран с переходной экономикой, представляют для России более реальную возможность использовать выгоды от ратификации протокола [1,7,8]. Исходя из содержания Киотского протокола, затраты на сокращение выбросов 1 т «парниковых газов» в странах с переходной экономикой в среднем в 50-100 раз ниже, чем в развитых странах. Что определяется различным исходным уровнем экологического состояния экономики (табл.1) [ 9 ].

Таблица 1.

Выбросы в атмосферу в расчете на единицу ВВП в разных странах

Выбросы диоксида серы Выбросы оксидов азота Выбросы диоксида углерода
(1997), кг/1000 USD (1997), кг/1000 USD (1996), тонн/1000 USD

Российская Федерация

6,3 4 1,54

США

2,3 2,8 0,75

Канада

4,4 3,3 0,75

Германия

1,3 1,2 0,56

Финляндия

1,1 3 0,74

Поэтому развитые страны могут, вместо того, чтобы реализовывать сверхдорогие проекты сверхчистой очистки у себя, передавать экологические средства в страны с переходной (развивающиеся) экономикой, чтобы в них за меньшие деньги добиваться большего для всей Земли эффекта. Развитая страна способствует снижению выбросов парниковых газов на территории одной из стран с переходной экономикой (или развивающейся), а затем обе сотрудничающие страны делят полученный экологический эффект. Эти механизмы получили название «механизмов гибкости Киотского протокола». Одним из таких механизмов гибкости является реализация проектов Совместного Осуществления. Проект совместного осуществления предоставляет возможность стране, испытывающей трудности в выполнении своих количественных обязательств по Киотскому протоколу, вкладывать инвестиции в реализацию проектов в другой стране. Полученные в результате реализации таких проектов «единицы снижения сокращения выбросов» могут быть переданы инвестирующей стороне в зачет ее обязательств.

В настоящее время уже складывается практика финансирования проектов совместного осуществления. Примером такой практики является голландский тендер на закупку единиц сокращенных выбросов. Денежные средства за получаемые единицы в размере 50 % от стоимости закупки поступают инициатору проекта в период осуществления строительных работ по проекту (закупки и установки оборудования, монтажных работ и т.д. до начала полной эксплуатации). Остальные 50% передаются в период с 2009 по 2013 г.г. по факту поставки единиц сокращенных выбросов парниковых газов. Объем «углеродных» инвестиций можно оценить как объем сокращенных/предотвращенных выбросов парниковых газов, умноженный на цену за единицу сокращенных выбросов (в настоящее время цена составляет 3-5 Евро/т СО 2 ).

Использование механизма реализации проектов совместного осуществления может обеспечить значительный приток инвестиций в экономику России, т.к. она обладает огромным потенциалом энергосбережения и более низким уровнем издержек на реализацию энергосберегающих мероприятий по сравнению со многими развитыми индустриальными странами. Углеродное кредитование в период 2008-2012 гг. может служить механизмом получения необходимого объема финансирования в различных инвестиционных организациях на этапе реализации проекта и может сделать экономически более привлекательным проект даже с отрицательными показателями эффективности.

В связи с объективным повышением роли углеводородного сырья в мировой экономике, приоритетностью в экономике России предприятий по производству, переработке и транспортировке нефти и газа, а также их значительным вкладом в общие выбросы парниковых газов следует ожидать привлекательности предприятий Нефтяной и газовой промышленности для углеводородного кредитования и инвестирования.

Так, в «Программе Всемирного Банка по содействию участию Российской Федерации в углеводородном финансировании» [10] в Модуле3, посвящённом разработке проектов совместного осуществления и развитию экспертного потенциала, нефтегазовая отрасль отнесена к базовой линии проектов. При этом считается необходимой разработка инновационной инвестиционной схемы, позволяющей увязать деятельность, направленную на снижение выбросов, с проектами по передаче квот в рамках отраслевых планов развития и инвестиций.

В связи с этим следует рассмотреть варианты использования ISO 14000 - серии международных стандартов систем экологического менеджмента на предприятиях и в компаниях нефтяной и газовой промышленности.

Решение о разработке ISO 14000 было принято, в т.ч., в интересах Всемирного торгового соглашения и Рамочной ООН об изменении климата. Стандарты ISO 14000 разрабатываются Техническим комитетом 207 (TC 207) Международной Организации Стандартизации (ISO). Важной особенностью стандартов является их добровольный характер.

Тем не менее, по мнению разработчиков стандартов в течение 10 лет 90-100% крупных, в т.ч. транснациональных компаний, будут сертифицированы в соответствии с ISO 14000, и получат соответствующее свидетельство. Предприятия будут заинтересованы в сертификации ISO 14000 в виду того, что такая сертификация (регистрация по терминологии ISO) будет являться одним из непременных условий благоприятного отношения к продукции на международных рынках (ЕЭС объявило о своем намерении допускать на рынок стран Содружества только ISO-сертифицированные компании). Кроме того, сертификация будет оказывать существенное влияние на формирование авторитета предприятий и компаний в области выполнения природоохранных требований.

При этом выполнение требований, определяемых стандартами ISO 14000, само по себе позволит экономить энергию и ресурсы, в том числе направляемые на природоохранные мероприятия, за счет более эффективного управления ими и в целом улучшить систему управления предприятием.

По замыслу ISO, система сертификации должна создаваться на национальном уровне на основе Госстандарта, Торгово-промышленной палаты, союзов предпринимателей и т.д. При этом инициатива может исходить также и от отраслевых организаций. С учётом того, что в настоящее время национальная инфраструктура сертификации не создана, могут использоваться иностранные аудиторы.

При определении соответствия предприятия требованиям ISO 14001 должны оцениваться следующие аспекты:

  1. наличие документированной экологической политики, определяющей намерения, принципы, экологические цели и задачи предприятия (компании). Содержание экологической политики должно отражать стремление к соответствию нормативам системы экологического менеджмента и должно быть доведено до сведения всех сотрудников предприятия (компании) и общественности;
  2. разработка и соблюдение процедур определения существенных воздействий на окружающую среду, в т.ч. продукции предприятия (компании), законодательные требований и экологических отраслевые кодексов.
  3. разработка количественных ориентиров и требований, отражающих цели и задачи экологической политики, программы экологического менеджмента, определяющей ответственных, средства и сроки для достижения целей и задач;
  4. назначение соответствующей структуры и ответственного лица для обеспечения работы по экологическому менеджменту, обучение персонала;
  5. разработка мероприятий по мониторингу окружающей среды, чрезвычайных и нештатных ситуаций действующего законодательство и других требований;
  6. обеспечение периодического аудита системы экологического менеджмента, как самой компанией, так и внешними организациями и анализ её эффективности руководством с учётом реализации намерения "постоянного улучшения".

Вместе с тем, на сегодняшний момент реализация проектов совместного осуществления осложнена обстоятельствами [11]: неопределённости самого понятия проекта совместного осуществления (юридическая, организационная, коммерческая), а также правового статуса иностранных инвестиций в рамках проекта (кредит, выручка/доход, инвестиции). Неясны также вопросы налогообложения, таможенного и валютного регулирования. Решение этих вопросов, с учётом понимая всей их серьёзности, представляется принципиально возможным и является вопросом времени.

Наряду с этим, необходимо разработать механизмы оценки предполагаемой эффективности проектов совместного использования.

В работе [12] предлагается критерий эффективности технологических мероприятий, состоящий из технико-экономической и экологической составляющих.

Так, технико-экономическая составляющая определяется направленностью и целью мероприятия на достижения прямого результата в виде экономии ресурсов, материальных средств, получения материально выражаемых выгод. На основе этих характеристик в дальнейшем внедряемые проекты могут сравниваться с существующими вариантами, что позволит сделать вывод о целесообразности их использования.

Оценка экологической эффективности технологических и др. проектов с учётом Киотского протокола следует определять согласно стандарту ISO 14031, регламентирующему конкретную форму представления информации о результатах управления экологическими аспектами технологических проектов. При этом необходимо, чтобы индикаторы экологической результативности отвечали следующим требованиям: отражение наиболее значимых глобальных экологических проблем; объединение сведений о глобальных экологических проблемах с технологическими особенностями проекта; отражение прямого воздействия проекта на окружающую среду; соотносимость с экономическими характеристиками.

Выделяются два вида индикаторов экологической результативности: общеприменимые и специализированные отраслевые. Общеприменимые индикаторы позволяют сравнивать между собой все без исключения технологии, независимо от вида области применения и территориальных особенностей. Специализированные индикаторы учитывают особые виды воздействия на окружающую среду, характерные для данной технологии.

При оценке экологических проблем следует руководствоваться следующими приоритетами: общее потребление энергии; выбросы парниковых газов в атмосферу; потребление материальных ресурсов; потребление водных ресурсов; выбросы в атмосферу газов, разрушающих озоновый слой.

Соответственно задаются направления по созданию индикаторов экологической результативности. При этом индикаторы должны быть максимально простыми и понятными для всех заинтересованных сторон. Поэтому лучше, чтобы каждой проблеме, вне зависимости от числа составных элементов, соответствовало лишь одно количественное значение, которое бы его характеризовало.

При этом можно выделить следующие показатели.

Общее потребление (расход) энергии и выброс СО 2 . Чтобы унифицировать количество потребляемой энергии и выброс СО 2 вне зависимости от видов энергоносителя, применяются различные обобщающие коэффициенты (например, единица условного топлива, угольный эквивалент, нефтяной эквивалент и др.). Одним из универсальных показателей является количество полученной электроэнергии (кВт·час). Для региона Западной Европы были определены переходные коэффициенты для подсчета общего потребления энергии (табл.2):

Таблица 2

Коэффициенты общего энергопотребления

Энергоносители Коэффициент общего потребления энергии, кВт . час Выбросы СО 2 (кг) при производстве 1кВт . час энергии
Нефть 1,30 0,0950
Мазут 1,21 0,1000
Природный газ 1,27 0,0690
Каменный уголь 1,20 0,1330
Бурый уголь 1,40 0,0133
Солнечная энергия 0,65 0,0030

Каждому региону соответствуют свои коэффициенты, которые учитывают общий уровень и структуру производства и потребления энергии, однако для Московского региона в большинстве случаев принято использовать коэффициенты, приведённые в табл.2.

Кроме того, для оценки выбросов СО 2 могут использоваться данные [7] (табл.3).

Таблица 3

Удельные выбросы диоксида углерода (СО 2 ) по данным различных источников, кг/т использованного условного топлива

Методика расчета Вид топлива
природный газ мазут каменный уголь

Национальная служба информации Медиатекст (www.mediatext.ru)

3,0—12,2 3,6—4,3 ...

Методика экологической экспертизы предпроектных и проектных материалов по охране атмосферного воздуха (М., 1995)

1,3 1,8 2,5—2,8

Методика определения выбросов загрязняющих веществ в атмосферу при сжигании топлива в котлах производительностью менее 30 т пара в час или менее 20 Гкал в час (М., 1999)

4,4 4,6 7,3

Методические указания по расчету выбросов загрязняющих веществ в атмосферу с дымовыми газами отопительных и отопительно-производственных котельных (М., АKХ им. Д.K. Панфилова, 1991)

1,4 2,3 ...

Справочник по удельным показателям выбросов загрязняющих веществ в атмосферу для некоторых производств — основных источников загрязнения атмосферы(СПб., 1999)

мощность котлов менее 300 МВт

1,3 2,5 5,0—6,7

мощность котлов 300 МВт и выше

1,3 2,5 5,9—7,8

 

Сравнение выбросов парниковых газов в атмосферу. Различные газы имеют различную способность к образованию парникового эффекта. Обобщить вклад их в глобальное потепление можно при помощи эквивалента CO2 (табл.4).

Таблица 4

Коэффициенты эквивалентности выбросов вредных веществ

Вещество

Масса СО 2 (кг), эквивалентная 1 кг вещества

Углекислый газ

1

Метан

21

Оксид азота

270

Фторсодержащие углероды

140-9800

Потребление материальных ресурсов. Для оценки потребления материальных ресурсов определены специальные переводные коэффициенты (MI-числа) для ряда материалов и определенных видов энергии (табл.5).

Таблица 5

Коэффициенты потребления материальных ресурсов

Материальные ресурсы

MI-числа в тоннах

Природный газ (1 т)

1,30

Сетевая электроэнергия (1 кВт . ч)

0,41

Вода питьевая

0,01

Предлагаемый подход носит универсальный характер, и может быть использован, в частности, для определения эффективности проектов, направленных на предотвращение и сокращение ущерба от аварий и катастроф на объектах нефтяной и газовой промышленности.

Непосредственный ущерб глобального, регионального и местного масштабов за счёт попадания нефтегазопродуктов в почвы, водоёмы, др. объекты обитания биосферы и человека и связанных с этим разрушений и катастроф должен оцениваться в денежном выражении двух составляющих:

N 1 – ущерб за счёт потерь нефтегазопродуктов;

N 2 - ущерб за счёт загрязнения биосферы и разрушений и катастроф.

Экологические выбросы и загрязнения, связанные с необходимостью восполнения энергетических ресурсов, а также обусловленные мероприятиями ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций должны оцениваться в виде количества выбросов СО 2 – С 1 , С 2 , соответственно. А расходы по восполнению энергетических ресурсов и ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций – R 1 , R 2 , соответственно.

Перечисленные характеристики допускают количественную оценку как в непосредственно денежном выражении ( N 1 , N 2 , R 1 , R 2 ), так и путём перевода количественных оценок выбросов (С 1 , С 2 ) в денежный эквивалент с использованием рыночных цен на СО 2 . Данные по выбросам СО 2 содержатся в табл.2 – табл.5.

При этом оценка потерь (убытков) за счёт непосредственного сокращения энергетических запасов на первый взгляд не связана с непосредственным ущербом. В тоже время регламентация потребления материальных ресурсов предусматривается содержанием Киотского протокола, и, кроме того, запасы энергетических ресурсов оказывают непосредственное влияние на капитализацию конкретных добывающих фирм и национальной экономики в целом. Соответствующая характеристика (М) может определяться в количественном виде с использованием данных, аналогичных ( табл.2) в переводе на стоимость газа, электроэнергии и т.п.

Таким образом, обязательства Киотского протокола находятся в полном соответствии с ранее принятой Энергетической стратегией РФ и наряду с курсом государства на энергосбережение, энергоэффективность и экологическую безопасность призваны стимулировать предприятия (компании) нефтяной и газовой промышленности к внедрению проектов, направленных на снижение выбросов парниковых газов. Вместе с тем возможность реализации проектов совместного осуществления, внедрения стандартов ISO 14000 может быть реализована в виде дополнительных внешних и внутренних инвестиций и повышения авторитета предприятий (компаний) на внутренних и международных рынках.

Рассмотренный вариант оценки экологической эффективности технологических проектов может использоваться при обосновании проектов совместного осуществления в т.ч. направленных на предотвращение и сокращение ущерба от аварий и катастроф на объектах нефтяной и газовой промышленности.

Литература

1. Рединг Д. Обзор истории и положений Киотского протокола. Нефть, газ и бизнес. – 2005, №5, с. 8-11.

2. Распоряжение Правительства РФ от 28. 08. 2003. №1234р. Энергетическая стратегия России на период до 2020 г.

3. Конференция «Ратификация Киотского протокола: экономические последствия для России» Электронный журнал «Экологические системы» №8, август, 2005г.

4. Мещеряков С.В., Хлебинская О.А. Реализация Киотского протокола в России. Нефть, газ и бизнес. – 2005, №5, с. 16-18.

5. Крайнова Э.А., Павлова Л.П. Обзор докладов и выступлений международного круглого стола … Нефть, газ и бизнес. – 2005, №4, с. 13-19.

6. Шлычков В.Б. Первая сделка России в рамках Киотского протокола. Нефть, газ и бизнес. – 2005, №7, с. 27-28.

7. Битюкова В.Р. Киотский протокол: преимущества и угрозы ратификации для России. http://geo.1september.ru/2005/18/3.htm.

8. Использование механизмов Киотского протокола для повышения экономической эффективности проектов электроэнергетики. Электронный журнал «Экологические системы» №8, август, 2005г

9. Национальная служба информации «Медиатекст». www.mediatext.ru.

10. Аверченков А.А. Проблемы и перспективы управления сокращениями выбросов углеводорода в Российской федерации. Нефть, газ и бизнес. – 2005, №5, с. 12-15.

11. Юлкин . М. Инвестиции в обмен на выбросы. Электронный журнал энергосервисной компании «Экологические системы». №8, 2005.

12. Лугин В.Г., Зигмантович А.В. Вариант оценки эффективности технологий энергосбережения на основе методологии Киотского протокола. Электронный журнал энергосервисной компании «Экологические системы». №8, 2005.


Сведения об авторах

  1. Прусенко Борис Ефимович, зав. кафедрой промышленной безопасности и охраны окружающёй среды, профессор РГУ нефти и газа им. И.М. Губкина, Заслуженный химик Российской федерации, доктор технических наук.
  2. Лугин Владимир Григорьевич, ген. директор ООО «Технопрестиж», кандидат технических наук.
  3. Хотченков Евгений Викторович, эксперт ООО «Технопрестиж».

 


 

Valid HTML 4.01 Transitional
Copyright © 2005-2017 Лугин Владимир Григорьевич